Брестский мир

Соглашение о перемирии между Россией и Германией было подписано ещё 2 декабря 1917 г. Через неделю стороны приступили к переговорам о мире. Но они уже в начале января прервались, поскольку Германия требовала от России крупных территориальных уступок. Новый раунд переговоров начался 17 января 1918 г., однако и он прекратился десять дней спустя по той же причине. 18 февраля германские и австро-венгерские войска возобновили боевые действия и стали быстро продвигаться вперёд. 23 февраля Германия и её союзники выдвинули новые, ещё более тяжёлые условия. В тот же день за их немедленное принятие проголосовал ЦК большевистской партии, а в ночь на 24 февраля — и большевистское большинство ВЦИК Советов.

Подписанный 3 марта в Брест-Литовске мирный договор предусматривал отказ России от Прибалтики, Украины, части Белоруссии и Закавказья, демобилизацию армии и флота, заключение невыгодного для российской стороны торгового договора, свободный вывоз сырья в Германию, возмещение убытков, которые потерпели германские подданные от действий русских правительств в 1914—1917 гг.

Страна лишалась территорий площадью 780 тыс. кв. км с населением свыше 56 млн человек. Здесь находилось 40 % промышленного потенциала, 4/5 угольных шахт и металлургических заводов, почти все нефтяные источники, добывалось 90 % каменного угля. Позднее (27 августа 1918 г.) были подписаны дополнительные соглашения к Брест-Литовскому договору. Советская Россия обязывалась уплатить колоссальную контрибуцию (6 млрд марок). Была разрешена широкая деятельность немецкого капитала в России. Начались переговоры о передаче ему важнейших российских предприятий. Некоторые наблюдатели отмечали, что такой мир «положил бы начало немецкому игу, более тяжёлому, чем татарское».

Российская сторона обязывалась отказаться от ведения революционной агитации против бывших военных противников, от поддержки революционного движения в Украине и Финляндии. Брест-Литовский (Брестский) мир означал переход страны на положение немецкой колонии или полуколонии.

Ленин настоял на одобрении условий Брестского мира IV Чрезвычайным съездом Советов, проходившим 14—16 марта 1918 г. в Москве. Сопротивление оппозиции внутри самой большевистской партии было сломлено. Зато многие политические силы России выступили против договора.

Для патриотов Брестское соглашение было государственной изменой. Они указывали на крайне невыгодные для России условия мира.

Леворадикальные течения (левые эсеры и анархисты) считали Брестский мирный договор капитуляцией и предательством дела революции. Они говорили, что контрибуции и поставки сырья, хлеба и продуктов в пользу победителей будут осуществляться за счёт ограбления трудового населения. Так правительство превратится в агента немецкого империализма. Совершенно неприемлемым, с их точки зрения, было и согласие уступить Германии, её союзникам и Центральной раде территории, на которых разворачивалась социальная революция. Оккупационный режим вёл к отмене социализации земли, возвращению помещиков и частных предпринимателей, к ликвидации рабочего контроля. Опасались и передачи германскому капиталу российских предприятий.

Аргументы большевиков основывались на том, что трудовой народ устал от войны и больше не желает воевать. Действительно, мало кто хотел сражаться на фронте. И отношение к Брестскому миру в обществе сложилось неоднозначное. Многие трудящиеся, хотя и не все, его поддерживали, поскольку хотели мира любой ценой.

Резко обострились противоречия между большевиками и остальными политическими силами России, от крайне правых до крайне левых. Левые эсеры объявили 17 марта о выходе из состава Совнаркома.

Большевистское правительство было настроено на сотрудничество с Германией и её союзниками. Продвижение германских войск в глубь России привело бы к восстаниям против них. Было очевидно, что крестьяне и рабочие начнут оказывать сопротивление попыткам конфисковать их хлеб или продукцию, выпускаемую их предприятиями. Но одновременно немецкое наступление лишило бы власти партию большевиков. Утратить власть ленинская группировка не согласились бы ни при каких обстоятельствах, а ради её сохранения готова была принять любые германские условия. Ленин отмечал, что мир, который большевики заключили с немцами, «похабный», но начнись война, правительство окажется сметено и мир будет заключён с другим правительством.

В апреле 1918 г. между РСФСР и Германией установились дипломатические отношения. Германским послом в Москве был назначен граф Мирбах. Этот дипломат считал необходимым поддерживать большевиков. Он полагал, что любое другое правительство постарается освободиться от условий Брестского мира с помощью Антанты. Потому сюрпризом для него оказались прогерманские настроения русской буржуазии. Мирбах писал: «Особенно сильное смятение царит в умах буржуазных русских кругов, которые совершенно неправильно понимают характер нашей миссии, большинство из них рассматривают нас как своих союзников в борьбе против большевиков и намеренно злоупотребляют этим».

Похожие темы