Военный коммунизм в деревне

Если в городах развернулась ликвидация достижений социальной революции (под предлогом их защиты), то в отношении деревни в период военного коммунизма применялись методы открытого грабежа. Большевистские власти обвиняли в укрывательстве продовольствия кулаков — деревенскую буржуазию. Реальность состояла в том, что установленные властью закупочные цены оказались крайне низкими.

В условиях инфляции крестьянам не имело никакого смысла продавать хлеб государству. Российское крестьянство периода Гражданской войны не питало никакого интереса к денежным знакам; ему были необходимы промышленные товары. Но государство не могло их дать. Поэтому в деревню были направлены вооружённые продовольственные отряды, формировавшиеся продовольственным министерством — Наркомпродом. В них зачисляли добровольцев по рекомендации советских и партийных организаций.

Численность всех формирований достигала 72 тыс. человек, а в 1919— 1920 гг. колебалась от 55 до 82 тыс. Продотряды объединялись в продармию, которая, в свою очередь, в мае 1919 г. вошла в систему войск ВОХР (внутренняя охрана). Кроме того, Наркомпрод имел право при необходимости мобилизовывать для своих целей части Красной армии. Это было одно из самых могущественных в стране ведомств.

Отношения власти с деревней были безнадёжно испорчены. В середине 1919 г. редактор большевистского партийного органа — газеты «Правда» Ю. М. Стеклов признавал на совещании в ЦК: «...в чисто крестьянских и малопролетарских губерниях советская власть вообще и коммунистическая партия в частности не имеет социальной базы. Вы не найдёте там широких слоев населения, которые преданы нам, разделяют нашу программу и готовы за нас выступить...». В попытке улучшить отношения с крестьянством VIII съезд РКП(б) в марте 1919 г. провозгласил принцип «союза с середняком». Суть политики властей в целом осталась прежней. Однако стало меняться настроение крестьянских масс. Они опасались победы белой контрреволюции, предвидя, что та вернёт землю бывшим помещикам. «Крестьянство... оказывает нам доверие... — сообщал в конце 1919 г. председатель Саратовского губернского исполкома В. Радус-Зенькович. — Деникин ужасом перед собой обратил их к нам…». Но кредита доверия хватило ненадолго.

Власть часто отнимала у крестьян захваченные ими помещичьи земли и инвентарь и создавала на их основе государственные поместья — советские хозяйства (совхозы). Их управляющими нередко назначались бывшие помещики. «…Другого выхода нет... управляющих из рабочих и крестьян мы не имеем», — пояснял член коллегии Наркомата земледелия В. Кураев на II Всероссийском совещании по партийной работе в деревне. На работу в совхозы в порядке трудовой мобилизации принудительно направляли окрестных крестьян. Сельские жители считали такую политику новым вариантом крепостного права.

О том, какими методами государство вело войну против крестьянской общины, свидетельствует открытое письмо, направленное лидером левых эсеров Марией Спиридоновой ЦК большевистской партии: « У нас зарегистрирована порка крестьян в нескольких губерниях, а количество расстрелов, убийств на свету, на сходах, в ночной тишине, без суда, в застенках, за «контрреволюционные» выступления, за «кулацкие» восстания, при которых сёла, до 15 тысяч человек, встают стеной, учесть невозможно. Приблизительные цифры перешли давно суммы жертв усмирений 1905—1906 годов...».

Похожие темы